Сальвадор Фелипе Хасинто Дали-и-Доменеч родился в 1904 году, а в 10-летнем возрасте уже появились его первые живописные работы. В последующие годы он продолжал заниматься живописью, увлекаясь сначала импрессионизмом, а затем кубизмом и итальянским футуризмом.

В 18 лет Дали поступил в мадридскую Школу Изящных Искусств Сан-Фернандо. И пусть в учителях он разочаровался и даже не стал сдавать выпускные экзамены, учеба в Школе дала ему великолепное владение академической манерой живописи.

В 1925-м в барселонской галерее Дальмау состоялась первая персональная выставка художника, а через год Дали посетил Париж. Там же, в Париже, в мае 29-го произошла его встреча с Галой, женой поэта Поля Элюара. В 30-м Гала ушла от мужа и вместе с Дали уехала в Испанию. После начала Гражданской войны в 1936-м Дали и Гала покидают страну, уехав сначала в Америку, потом в Италию, оттуда в Англию, затем опять возвратились в Европу. Но оккупация Франции немецкими войсками снова вынудила их уехать, и в 40-м они перебираются в Америку на целых 8 лет.

В 1958 году, когда Гала стала вдовой Элюара, считавшегося католической церковью ее законным мужем, Дали и Гала смогли наконец обвенчаться.
В 1962-м, через несколько дней после смерти отца Дали, супруги навсегда поселились в Испании, лишь изредка ее покидая. После смерти Галы в 1982-м, Дали прожил 7 лет и 22 января 1989 года умер.

За 85 лет жизни Сальвадор Дали создал более 2 тысяч художественных полотен, написал множество книг, в их числе помимо его знаменитой автобиографии — роман, трактат об искусстве, стихи и поэмы в прозе, сценарии. Кроме того, он проиллюстрировал множество книг других авторов, а также разрабатывал декорации к балетам и пьесам.

Фигерас — небольшой городок в Каталонии, области на северо-востоке Испании, прославленной своей столицей — Барселоной, складным ножом — навахой, средневековой школой живописи и горными монастырями. И оставаться бы ему практически ничем не примечательным населенным пунктом, если бы 11 мая 1904 года в этом городе, в семье муниципального нотариуса не родился будущий гений сюрреализма.

Молодой Дали, как ему казалось, навсегда покинул Фигерас в конце 20-х годов. Причиной отъезда стал гражданский брак с русской эмигранткой Еленой Дьяконовой, впоследствии всемирно известной как Гала Дали, не принятый католической семьей художника. Гала была не только старше него, но еще и разведенной. Тогда казалось, что, покидая родину, Дали едва ли не навсегда рвет со своими корнями, остатками католицизма и иберизма. Но жизнь есть жизнь, и, проведя 30-е в беспечном Париже, а 40-е — в расчетливом Нью-Йорке, Дали в 50-м возвращается в родной город.

В 1960 году только что ставший мэром Фигереса Р.Г. Ровира обратился к Дали с просьбой подарить музею родного города свою картину. Художник, не раздумывая, воскликнул: «Да не картину, а целый музей!»

Идея создания Театра-Музея в Фигерасе, как и основная концепция его наполнения, безраздельно принадлежит самому Дали. Знаменитый художник имел особое зрение и видел не вещи, как большинство из нас, а скорее идеи, заложенные в них. Работать с кем бы то ни было совместно у него не получалось, хотя он всегда был готов воспринять любую подсказку, любой намек.

В качестве основы для будущего здания Дали выбрал лежащий в руинах уже четверть века городской театр Принсипаль. Театральная основа дала название сооружения — Театр-Музей и предопределила его особый колорит. Строился Музей 14 лет. На все необходимые работы ушла большая часть немалого к тому времени состояния Дали, все выделенные на это испанским правительством субсидии и пожертвования многих его друзей. Так как отчетность составлялась только по расходам государственных денег, общая сумма затраченного осталась неизвестной

…Говорят, что театр начинается с вешалки. Возможно, для обычных театров это так, но Театр Дали начинается гораздо раньше — с улицы, вернее, с улиц, ручейками сбегающих со всего города к площади Галы и Сальвадора Дали. И каждая из них снабжена скульптурой, служащей своеобразным указателем направления. В центре площади располагается само здание Театра-Музея, сердцевиной которого является сцена.

Местом старта многочасового марафона по глубинам Театра Дали можно считать кассу, где оплачивается вход. Далее следуют вестибюль и лестница, все уровни и марши которой превращены в отдельные Залы. На 5-м уровне Дали дает возможность посетителям «отдохнуть», незримо направляя их в Зал шедевров. Этот Зал заполнен произведениями классического искусства из личной коллекции Дали. Оказавшись здесь после буйного и непонятного арта лестницы, облегченно вздыхаешь, радуясь Эль Греко, как чему-то родному и знакомому. Но это чувство обманчиво. Здесь так же царит сюрреализм, достигнутый размещением классики вне рамок хронологии, традиционной логики и обыденного пространственного мышления.

«Разочаровавшись» в классике, посетитель обречен, теперь он «чернокожий раб» Дали, который тащит его далее, насыщая по ходу своими идеями. Залы мелькают один за другим: улица Траяна, длиной семь шагов и вознесенная на третий этаж. Зал Мэй Уэст, по дороге к которому сталкиваешься со скульптурой Венеры Милосской с вделанными в ее тело ящичками. Зал сокровищ, Зал рыбных рядов, Зал рисунков, Зал ожерелий, Зал поэзии Америки, Склеп, Дворец ветров...

Упорядоченно описать Музей в целом немыслимо. Дали просто исключил такую возможность, направив всю силу своего гения на создание эклектичного лабиринта, заполненного привычными на первый взгляд вещами, но приобретшими здесь иной смысл и назначение. Так, например, в спальне у кровати вместо тумбочки — золоченый скелет, а скульптура «Раб» Микеланджело, выставленная возле Зала шедевров, окрашена в черный цвет и снабжена хомутом, в животе огромного бронзового петуха прорезано оконце, откуда выглядывает голова китайца.

Осмотр Театра-Музея по единому маршруту, без возвращения в залы, в которых уже побывал, невозможен. Впрочем, в этом нет необходимости: обилие экспонатов и их причудливое расположение за счет иного ракурса позволяют воспринимать уже виденное как совершенно новое. Выход же из этого транса возможен только в результате воздействия природы — художника не менее великого, чем Дали. А потому в итоге посетитель, чтобы отдохнуть и набраться сил на обратный путь, попадает в «Мир». Но Дали не был бы Дали, если бы воспринимал отдых как простое созерцание. «Мир» — это внутренний дворик округлой формы, по всему периметру стен которого оформлены симметричные ряды ниш, уставленных скульптурами. У находящихся в центре «сцены», по задумке автора, должна слегка кружиться голова. Такой эффект достигается ощущением перевернутого мира — эдакого вывернутого наизнанку Колизея. Символ суетности жизни передается теснотой «сцены». На маленьком пятачке, забитом посетителями, выставлены крупные скульптурные композиции, остальное же пространство — цементные клумбы с вечнозеленой растительностью.

Смешение стилей и эпатаж заложены в саму архитектуру Театра-Музея. Номинально он имеет три этажа, но высокий первый распадается на дополнительные уровни, что фактически превращает здание в шестиэтажное. Воздвигнутый над сценой огромный стеклянный купол воссоздает атмосферу эксперимента, в котором роль «подопытного кролика» отведена самому зрителю, окруженному пристальными взглядами с картин.

Музей стал последним шедевром Сальвадора Дали, своеобразным символом его творчества и даже ключом к его гениальности…

Источник : http://vokrugsveta.ru